ФЭНДОМ


История мира чем дальше, тем более мифические и легендарные очертания обретает; в то же время люди и многие другие разумные существа стараются объяснить себе историю, понять ее и прийти к тем или иным выводам. По мере приближения даты к настоящему, события обрастают подробностями, свидетельствами и доказательствами, перестают описываться общими словами и находят подтверждения не только в священных книгах того или иного культа. 

Здесь будут приведены самые широко распространенные и интересные легенды мира Полночь без пяти и их пересказы, позволяющие создать более-менее целостную картину происходившего в далекие от нас столетия. Более подробно о зарождении, становлении и развитии стран можно будет узнать в посвященных им страницах; ссылка на историю самого важного государства мира будет предоставлена здесь же

О сотворении мира

В основе каждого религиозного верования, а, следовательно, и вытекающей из них культуры, лежит легенда, объясняющая происхождение мира. Они могут быть похожи друг на друга, могут различаться в критичных подробностях - но они всегда наличествуют в организованной религии. И именно священные книги, устные предания и немногочисленные находки с раскопок являются, к вящему неудовольствию ученых магистров имперского Университета, главными, если не совершенно единственными, свидетельствами о временах, предшествовавших падению эльфийской империи, поскольку к архивам Поднебесного царства посторонних, тем более людей, не подпускают и на дистанцию полета стрелы. Волей-неволей мужи, считающиеся светилами науки и рационального познания, вынуждены ссылаться на клерикальные текста, признавая тем самым их подлинность... По крайней мере, соглашаясь со своей немощностью в споре с ними на данный момент.  К тому же, стоит помнить, что на пустом месте не появляются сказания и предания, им нужна база в виде действительно произошедших событий. Позднее фантазия и старания сказителей действительно могут видоизменять историю, зачастую даже масштабно, но у нее остается некий исторический базис, до которого и пытаются добраться самые пытливые умы Университета. 

Версия эльфов

Версия людей Запада

Версия людей Востока

Прочие версии

Падение Первой империи

Упадок эльфов

Перворожденные эльфы не только в угоду своей непомерной гордыне взяли себе такое прозвание: следы их пребывания обнаруживаются задолго до самых древних артефактов человеческой цивилизации. Пока люди еще не создали организованное общество, эльфы уже правили Континентом. Созданная ими за несколько тысяч лет до Вторжения Первая империя строила великолепные города, проложила основные дороги Континента, постигала все новые и новые вершины наук, искусств и ремесел. И пала своей собственной жертвой.

Эта история началась с прибытия в столицу Первой империи очередного каравана невольников с Юга. Тогда эльфийский флот царил над Мировым океаном безоговорочно и неограниченно: перворожденными были основаны многочисленные колонии, а мерная поступь их легионов держала под контролем Континент. Возводились новые, прекрасные и изящные, города, а каста земледельцев регулярно осваивала новые просторы, которые для них покоряли воины. Каждое столетие росло могущество державы и богатство ее правителей, и, разумеется, никто не поверил, скажи им, что началом конца государства станет очередной удачный рейд за рабами на Юг, привезший в столицу очередной груз живого товара.

В землях державы Мери-Та тогда проживал весь людской род"; собственно. "Мери'-Та" означает "Людская родина". В описываемое время эта территория была популярным охотничьим заповедником, где воины и знать добывали редких животных и рабов из числа первых людей. Разительное превосходство перворожденных в технологиях, выучке и единство карателей не оставляли сопротивляющимся ни одного шанса, хотя бои и шли регулярно. Так вот, около 220 года до Славной битвы состоялась новая экспедиция на Юг, в ходе которой эльфы победили очередной племенной союз и взяли богатую добычу. Настолько богатую, что власть имущие решили провести очередную публичную экзекуцию на потеху столичной толпы и ради поддержания цен на живую силу в приемлемом состоянии. Согласно источникам новых государств, подобные кровавые развлечения были любимым способом времяпрепровождения для элиты эльфов. Теперь же они должны были послужить наглядным примером для всех рабов,

И вот, настала очередь взойти на костер последней пленнице - супруге убитого на войне вождя, матери двух изнасилованных дочерей, подруги многих сожженных перед ее глазами бравых воинов. Когда же ее спалят, эта пресыщенная, садистская и самодовольная толпа разойдется, займется своими обыденными делами, ожидая поступления новых трофеев. Она, ее дочери и друзья стали простым и в общем-то повседневным развлечением, как и тысячи до них, и как им станут тысячи после... Если станут. И тогда случилась видная перемена: полонянка воздела голову к небу и издала крик, полный... Нет, не горечи, сожаления или отчаяния, но злобы и ненависти к врагу. Все пережитое ею горе теперь перелилось в ярость, ее вопль потряс сам небосвод, перебил все улюлюканья зевак и, казалось, достиг самих облаков. И ее отчаянный зов был услышан. Легенды гласят, что призыв о помощи был услышан могущественными силами свыше - и эта женщина первой из людей обрела магическую силу, да непростую. Отмеченная божественной печатью, обреченная явила в мир невиданную прежде живыми мощь.

На глазах у пораженного двора, изумленных зевак и шокированных воинов она обернулась кроваво-красным драконом огромного размера, один удар которого по помосту убил всю королевскую семью. Шок и паника от манифестации магии, мгновенная гибель правителей, непонимание происходящего - всё это способствовало мщению полонянки, бывшему скорым и кровавым. Огонь, клыки, хвост, когти и лапы - все было пущено в ход против столицы Первой империи, нисколько не готовой к борьбе с настолько опасным противником. В городе находился крупный гарнизон, но ему не удалось его защитить: копья ломались об бордовую чешую, стрелы от нее отскакивали, мечи - и каждый, подошедший слишком близко, неизбежно оказывался убит. Усложняла дело и настоящая паника, поднявшаяся на улицах: бежавшие из города эльфы не давали воинам организоваться, и в итоге вооруженные отряды по одиночке становились легкой добычей нового охотника. Во всем городе не оказалось ни оружия, способного сразить монстра, ни командира, способного организовать если не победу, то эвакуацию. Дракон сжигал улицы и своей незаурядной мощью крушил здания: он поверг наземь Изумрудную башню жрецов, откуда они вели астрономические наблюдения, обратил в руины и пепел Серебряный дворец, обиталище королевской семьи, уничтожил казармы воинов и торговые лавки ремесленников. Вплоть до наступления утра дракон вершил свой суд, и, когда он скрылся в неизвестном направлении, от эльфийской столицы остались только угольки, руины да камни. Земное величие, покоящееся на фундаменте из крови, пота и слез, оказалось удивительно непрочным и мимолетным, легко обратимым во прах в момент своего триумфа.

Конечно же, эту легенду уже не раз пытались подвергнуть критическому осмыслению. Учеными Университета были исследованы руины столицы Первой империи и, неожиданно для многих, они подтвердили суть легенды: оставление города действительно было одночасовым, а характер повреждений действительно похож на пожары под воздействием очень высоких температур. После того, как город был оставлен, его старались избегать и обходить стороной: вплоть до прихода людей здесь не бывали мародеры или новые поселенцы, что говорит о сверхъестественном страхе перед местом. То-есть, как будто слова легенд полностью правдивы... Да есть один крупный нюанс: никогда больше в записанной истории человек не был способен обернуться драконом. Никакой маг, не молодой и не старый, не одаренный и не образованный, не смог повторить этот уникальный прием за всю историю Континента - а пытались многие, соблазненные силой и здоровьем драконов. Впрочем, у священников и жрецов есть готовый ответ: та женщина не была колдуньей или шаманкой. А была она простой страдалицей, обратившейся к Творцу/Освободителям (в зависимости от того, с кем вы общаетесь) с просьбой о даровании ей возможности отомстить, и оная возможность была дарована. Соответственно, никакого заклятья или ритуала по превращению и не может существовать, поскольку речь идет о божественном благословлении и вмешательстве, которое никому из смертных не под силу сымитировать по воле.

Как бы то ни было, факт остается фактом: страна в одночасье потеряла своих лидеров. Король, королева, высшее жречество, лучшие воины, весь двор исчезли в пламени этого мифического дракона, а вместе с ними были уничтожены чиновники, поддерживавшие стабильность государства. Катастрофа случилась примерно в 220-м году до Славной битвы и тогда же начинается крупнейшая и последняя гражданская война в ней. Самая логичная версия гласит, что о правах на престолонаследие заявило сразу несколько военачальников, каждого из которых поддержали свои собственные, союзные именно им жрецы. Гибель высшего духовенства и исчезновение в языках пламени верхушки касты воинов оставили пустыми слишком много завидных постов, а смерти бюрократов под камнями разрушенного дворца прикончили разом судейское сословие. Начались тяжелые Войны претендентов, которые закончатся только за 100 лет до С.Б. и оставят Первую империю в плохом состоянии. Всего известны 8 претендентов на трон, и каждый из них вел свою армию, собирал свои налоги, старался выкроить свое государство или завоевать один-единственный опустевший трон. Каждый генерал-командующий прибегал к жестоким методам ведения войны, порой не стесняясь опустошать мирные поселения, казнить заложников и массово жертвовать пленников. Многие провинции Империи были опустошены самими перворожденными: так, нынешние Речные королевства, некогда бывшие житницей государства, превратились в дикие леса и заброшенные поселки, по которым гуляли дикие животные; резкое сокращение численности земледельцев привело к усилению эксплуатации оставшихся, а необходимость привлечь на свою сторону воителей привела к массовой раздаче им привилегий, свобод и прав, прежде у них не бывавших.

В итоге, Первая империя в I-м веке до Славной битвы представляла собой тень былого величия, причем блеклую и слабую. Формальным королем считался Элавин Кровавый - молодой военачальник, сумевший победить последних конкурентов, отравить родного отца на пиру и надеть на себя новую корону, имитирующую спаленную много-много лет назад. Элавин родился после Катастрофы и был представителем первого поколения перворожденных, не заставшего пика могущества своей страны. Заняв трон, он попытался добиться

Вторжение Великой орды

Славная битва

Объединение Сурии

Тьма и пламень

Предыстория

Истина в смерти

Юный феодал Всеслав Круча взирает на пылающие остатки города в Пограничье .

История знает о многих нашествиях Сурии на Запад. Рано или поздно Владыки Тьмы собирают достаточно сил и ресурсов, чтобы приступить, как им кажется, к воплощению Великого пророчества. Дальше события развиваются примерно по одному сценарию: после продолжительных боев в Пограничье, сурийцы прорываются во внутренние земли Империи людей, где их встречают основные силы Творца. Затем в паре решающих битв люди Запада сокрушают армию противника, которая обращается в бегство и отходит обратно, за горы. Затем следуют десятки лет мира, прерываемого только рейдами отдельных группировок сурийцев за Реку в поисках легкой добычи, которые гораздо больше похожи на грабительские, трусливые набеги. В большинстве случаев именно такой сценарий повторяется из столетия в столетие.  Но в во второй половине IX века Континент потрясла невиданная прежде война. Война, едва ли не ставшая последней для людей Запада и всех племен, враждебных Сурии. 

Восточной империей в те дни правил Седьмой Владыка, прославившийся кровожадностью, яростью и жестокостью, попросту не имевшей аналогов в записанной истории. До Вознесения он был вождем малого орочьего клана на просторах Великого океана - клана захудалого, безвестного до поры до времени. Из них не происходило ни легендарного героя, ни храброго бойца, ни удалого чемпиона, ни великого шамана - а все их владения были жалким клочком каменистой земли. Оный орк с болью взирал на убожество родной земли, с презрением относился к окружающему быту, не высказывал должного уважения обычаям и традициям своего племени.  Еще большую горечь ему доставлял он сам: он не был крупного размера, не славился на округу физической силой, на поединках он побеждал уловками, балансируя на грани запретного.  Только хитростью, жестокостью и ненавистью к такому образу  жизни он мог бы похвастаться. Но со смертью Шестого правителя настало время перемен: вождь сам направился в Нирн, где летом 840-го года громогласно объявил о своем желании принять дары Покровителей. Согласно записям имперских хронистов, его желание было принято дружным издевательским смехом: пред ликами Восьмерых собрались предстать известные воины, могущественные маги, талантливые интриганы и искусные ремесленники. Каково же было удивление всего Нирна, когда из Башни вышел новый Владыка, оказавшийся именно тем несуразным, небольшим орком из глубинки.

Новый правитель немедленно занялся укреплением военной мощи государства. Воспользовавшись своей властью, Владыка самолично допросил пойманных на Западе пленников с особой, уникальной даже для сурийцев, жестокостью; их рассказы о великолепных красотах родных краев, огромных городах, полных золота и драгоценностей, пленили воображение Седьмого. Орк приложил все свои усилия, показал неожиданное от него упорство, ради собрания уникальной в истории Континента армии. Он отказался следовать советам Сумеречного совета насчет поиска союзников - прошедший Вознесение, он полностью уверился в силе как остальных подданных Освободителей, так и своей собственной. При нем постоянно находился нэси Саргон Коварный, командующий гарнизоном Врат и опытный генерал, взявшийся "натаскать" правителя в военном деле. К себе Владыка также приблизил  Яфит Посвещенную, могущественную колдунью и верховную жрицу бога Нанну; она, во-первых, посвящала правителя в тонкости придворных игрищ, во-вторых, наставляла в учении Освободителей, которым правитель Сурии мало интересовался.

В Империи людей на тот момент правил престарелый государь Иоганн II Шатийонф, руководивший страной в общей сложности сорок лет. Его правление выпало на период стабильно высоких урожаев - население государство росло, его казна пополнялась, новые города возводились, а дворянство богатело. Давным-давно не случалось крупных военных компаний, удалось найти компромисс с западными городами, требовавшими увеличения своих полномочий; даже перворожденные перестали беспокоить берега страны своими разорительными набегами. Словом, все в царстве было спокойно и тихо. Иоганн в молодости был писаным красавцем и повесой, но теперь он вел жизнь примерного семьянина со своей второй женой, Жанной Ройсс, моложе его на тридцать лет. Теперь они совместно правили страной рука об руку, подчеркивая достоинства друг друга и скрашивая недостатки.  Значительную роль в управлении страной играл тесть Иоганна, герцог Эдгар, оказавшийся грамотным управленцем и неплохим командиром. Ему удавалось грамотно балансировать между интересами различных придворных группировок, именно он стал гарантом мира на крайнем Западе, наконец, он несколько раз одерживал знаменательные победы над дикарями, гоблинами да мерсийскими предателями.

Лидеры сторон в Нашествиии IX века

К моменту знаменательного выхода из горных Врат армия Седьмого Владыки составляла сто пятнадцать тысяч человек и орков, превосходно оснащенных и горевших желанием захватить процветающие земли Запада, чьи жители "потеряли хватку" и утратили волю к сражениям. Собранное войско было беспрецедентно огромным, объединенным общей идеологией и стальной дисциплиной.  

Вторжение

Вас не должно быть. Не все племена имеют право на счастье в грядущем мире. (Комментарий Седьмого Владыки об истреблении населения сдавшегося города)
Седрик предатель

Мерийские воины середины IX века.

К тому времени в Пограничье доминировали проимперские силы, у Сурии был только регион Тетрархии под контролем. Туда убегали потерпевшие поражение в интригах феодалы, нежелательные наследники, беглые маги и т.д. Постоянные локальные войны, предательства и нарушения договоренностей, набеги из-за обеих Рек - все это привело Пограничье в состояние беднейшего региона Континента, переполненного обедневшим населением и озлобленным дворянством, отчаянно ищущим себе покровителя повыгоднее. 

Новость о пришествии подобного войска с востока испугала всю мерийскую знать, за VIII-IX века переметнувшуюся на сторону Империи людей. Регион, на свою беду, часто видел нашествия с Востока, но подобный размер вторгающейся рати был действительно в диковинку. Даже сообща, все разом, правители Междуречья, более-менее лояльные Иоганну II, могли выставить только двадцать восемь тысяч человек, что не шло в сравнение с надвигающейся ордой. Причем их войско не привыкло воевать вместе и доверять друг другу, оснащением они уступали даже бедным орочьим племенам, а о едином руководстве даже говорить не приходилось. Все говорило, что в прямом бою силы Творца потерпят сокрушительнейшее поражение и очень быстро, после чего армия Сурии разорит немногое оставшееся в Междуречье. Тогда верховный король Эдуард III велел всем верным собраться в Лайтане, своей столице, откуда он хотел отходить на Запад и искать помощи у сюзерена. Ветеран войн Пограничья хотел спасти свои вооруженные силы и предупредить Иоганна о грозящей ему опасности. Но он не учел одного - предательства. 

Инициативу взял на себя граф Седрик, правитель малозначимой и нищей области в верховьях реки Фонтир. Молодой, амбициозный и коварный, прежде старательно державший сторону Империи,  он не собирался мириться с бедностью своего края, или, тем более, бороться вместе с остальными правителями против сурийцев. Ему выпал уникальный шанс и он собирался им воспользоваться. Седрик сделал свой ход: сам с небольшим отрядом витязей отправился за реку, где встретил Владыку и авангард армии Сурии. Там он предложил правителю Востока взаимовыгодную сделку: он лично проведет корпус во главе с Владыкой на Запад, тайными дорогами и тропками, а господин Сурии дарует ему власть над Междуречьем и восточными провинциями Империи людей. Заодно он передал в руки орка письмо Эдуарда, где была указана точка сбора всех враждебных захватчикам сил. Разумеется, будущий Седрик II признает власть Хозяина на земле и Освободителей над мирозданием. Седьмой Владыка охотно соглашается на предложение: он и Яфит во главе тридцатитысячной рати отправились за предателем, а Саргон повел остальную армию напрямик, желая перехватить верных Западу господ. 

Предательство графа Седрика позволило войску Владыки перейти реку Тайкун в местах, где никогда прежде не появлялись крупные враждебные к Империи людей части. Здесь не было оплотов священных орденов, крупных замков владетельных феодалов, сильных форпостов - зато располагалось несколько торговых городов, делавших деньги на продаже гномьих товаров с северо-востока Континента. Этим-то и решил воспользоваться Седьмой Владыка: нанести внезапный и обезоруживающе жестокий удар по мирным поселениям Империи. Корпус Владыки словно гром среди ясного неба обрушился на поселения людей, лишенные надежной защиты и стойкого гарнизона: за пару недель сурийцы уничтожили четыре городка и несколько десятков крупных селений. Атаки носили одинаковый характер: внезапное появление сурийцев, пролом слабой стены силами великанов и магов, после чего следовали кровавая баня и пожар. 

Поход Саргона Коварного ознаменовался двумя победами: сперва под самим Лайтаном он разбил основную армию Верховного короля, а потом уничтожил ее остатки, пленив самого Эдуарда III. Авторитетный нэси в каждом сражении прибегал к уловкам и хитростям: так, в первом бою, он приказал авангарду изобразить бегство и тем самым смог заманить армию мерийцев в ловушку. Затем он пригласил верховного короля на поединок - отряд Эдуарда III замедлил ход, и был настигнут быстрым авангардом  Известия о вторжении Сурии в северные, казавшиеся неуязвимыми, земли, стали шоком для Императорского двора. Иоганн II уже давно собирал войска, но теперь ситуация резко накалилась: он считал, что у его страны еще есть время, но сурийцы уже были здесь. Более того: торговая столица северных земель, город Фальц, уже был осажден и срочно просил о помощи, а его окрестности превратились в пепел и пыль. Тесно связанные с Фальцем экономическими интересами аристократы требовали отправить туда войско, бывшее под рукой уже здесь и сейчас - собственный императорский штандарт. Силы Иоганна II тогда ровнялись 25 тысячам воинов, и он согласился отправить их на выручку северным провинциям не дожидаясь помощи остальных феодалов - во главе войска он, скрепя сердце, поставил супругу, рвавшуюся в бой и желавшую доказать свою преданность делу Творца в бою.  К Фальцу Жанна Ройсс опоздала, несмотря на все ее попытки добраться туда вовремя: сурийцы уже день как разорили город, полностью вырезав всех его жителей. Близкие к императрице советники настойчиво предлагали отход к столице или другому крупному городу, советовали не ввязываться в прямой бой с армией Сурии. 

Восход Всеслава I

Становление Всеслава 

Венделия

Город Венделия в ночи.

На побережье Закатного моря лежат Вольные города общим числом девятнадцать штук. Они раскинулись по всему побережью с севера на юг, гранича на море с Поднебесным царством, а на восточных рубежах с Империей людей. Богатство поселений строится на выгодной торговле с эльфами продовольствием и лесом, поскольку Города контролируют плодородные и наполненные природными ресурсами территории. Жизнь в них весела, полна событий и опасна: правящие элиты всегда готовы вгрызться друг другу в глотки и подавить любое народное движение; часто случаются войны между городами; процветает преступность во всех ее формах; наконец, им свойственно колоссальное имущественное расслоение - крайняя нищета сервов здесь соседствует с кварталами негоциантов, составивших капитал на торговых операциях в Поднебесном царстве или Империи. Впрочем, есть одно исключение из этого ряда - город Венделия.

В Венделии 400 лет не было ни одного переворота; порядок на улицах идеален, даже карманники стараются не промышлять своим ремеслом в стенах этого поселения. Многочисленная и преданная правителю стража ночь напролет стережет покой мирных горожан, обеспечивая невозможный ни в Городах, ни в Империи уровень безопасности. Даже вне пределов стен, у близлежащих дорог и деревень, крестьяне поколениями не видели бандитов и грабителей, столь привычных для региона: простонародье может жить тихо и спокойно работая на благо Венделии и свое собственное. Здесь неравенство доходов ослабляется вековыми традициями взаимопомощи и сотрудничества: коллективными трапезами, щедрой милостыней, открытием государственных мастерских и ферм вокруг стены. На улицах не встретить умирающих от голода, запрещены проституция и строжайше наказуема работорговля; наконец, лояльная, профессиональная и великая числом армия господаря всегда готова отразить любое нападение, что она показывала и не раз. И таким превращением весь город обязан одному-единственному... человеку? Или сущности, превзошедшей человечество? 

  • Юный Всеслав Круча.
  • Анариэль, возлюбленная Всеслава на начало легенды.
Эта легенда, уже куда больше похожая на историю начинается в 849-м году от Славной битвы, во времена нестабильности и потрясений. Империя людей едва-едва пережила нашествие сурийских полков и теперь от нее откололись западные окраины, тем самым положившие начало истории Вольных городов; высшие эльфы, еще бывшие единым племенем, смогли захватить себе часть южного побережья Империи, где ими были основаны переселенческие колонии. Тогда в пору юношества вошел младший сын мелкого феодала Кручи, Всеслав, и он был юношей взбалмошным, пылким и увлекающимся. Однажды, объезжая владения своего отца, Всеслав приметил в далеке эльфийку-крестьянку... И моментально в нее влюбился. Он навсегда запомнил ее прекрасные волосы, ровную осанку, изящество и простоту одежды. Такие странные "встречи" продолжались еще год, пока страсть полностью не овладела молодым Всеславом: презрев советы и запреты отца, Всеслав попытался похитить свою возлюбленную... Но был избит до полусмерти стражами поселения, которому принадлежала его любовь - только презрение к людям помешало эльфам добить наглеца. 

Проснувшийся после неравного боя и поражения Всеслав с удивлением обнаружил, что его раны искусно перевязаны, а здоровье вскоре пойдет на поправку. Он сделал вывод, что заботу в нем проявила именно его возлюбленная, принужденная скрывать свое отношение к нему правилами своего общества; зная, что отец отрекся от него, спасение Всеслав связал с возлюбленной. Едва ли не смертельные побои и близость смерти не прогнали от него любовь, но лишь укрепили ее, сделали получение взаимности главной целью жизни молодого человека. И вот, очнувшись и прийдя в себя, Всеслав начинает свое долгое и далекое путешествие, из которого ему было суждено вернуться чем-то принципиально отличным от простого человека... В начале дороги только желание вернуться к любимой достойным ее внимания воином руководило Всеславом, в его голове еще не было помыслов о чем-то более высоком и великом. 

После битвы

Одно из полей битвы между Сурией и Империей людей.

В ходе своих странствий Всеслав посетил все регионы материка, прошел его по всем направлениям. Его видели и в столичном городе Империи, и у самых Ворот Сурии; на пепелищах Пограничья и в чащобах Свободного леса. От густонаселенных городов и до заброшенных деревень,  Везде он искал знания и навыки, способные приблизить его к достижению своей мечты - обретению истинной любви. Он стал свидетелем многих несправедливостей и обид, творившихся в разрушенном Нашествием мире: обстоятельное исследование разоренного Междуречья поставили Всеслава перед настоящим душевным кризисом. Юноша успел повстречать многих плохих и злых людей, давно перестал романтизировать окружающую реальность - но даже так увиденная картина потрясла его. Здесь-то он и встречается впервые для себя с Орденом Чести: таинственной организацией из людей, гномов, эльфов и орков, чьи истинные цели полностью не ясны, состав туманен, а настоящая сила остается загадкой для непосвященных. Ясно лишь, что объединение противостоит Сурии и ее покровителям-из-мрака, не прибегая при этом к помощи Империи людей или иных государств "Творца". Мастера Ордена заметили в нем потенциал и взялись за обучение юнца своим премудростям - именно они, как позднее станет известно Университету, совершили над Всеславом опаснейший обряд, в результате которого он и стал вампиром. Теперь юноша обладал и силой, и знаниями, и навыками. необходимыми для реализации дальнейших планов Ордена; но победивший смерть внес в них свою коррективу... Ему нужна была его эльфийка. Нужна - а остальное может и подождать. 

И вот, в 975-м году Всеслав возвращается в родные края, нисколько не изменившиеся с момента его отбытия. Все такие же хмурые и грубые крестьяне возделывали землю, проживая в тех же убогих хижинах; текли реки, стояли леса. Разве, сменился властитель родового замка, коим теперь стал его старший брат, уже ставший женатым человеком.  Вампир подавил в себе желание зайти с визитом к родственникам и сразу же направился к ограде эльфийской колонии, в которой на тот момент проживало около 600 перворожденных. На землю спустилась безлунная ночь: колонисты-крестьяне расходились по домам, ленивые стражники занимали места на небольшой ограде, а управляющий готовился по всем правилам оформлять документацию - совсем скоро должен был прибыть корабль за грузом продовольствия. Словом, поселения погружалось в свою ночную, тихую и спокойную, жизнь... Но покой был нарушен страшными воплями и предсмертными криками: Всеслав напал на поселение, некогда бывшее свидетелем его позора. И хотя перворожденные давным-давно об этом эпизоде забыли, сам вампир ничего не забыл и, главное, не простил никому. Давным-давно не вступавшие в бои стражники ничего не могли сделать с профессиональным мечником, обладающим сверхестественными силой, ловкостью и хитростью. Битва вскоре превратилась в резню, жертвами которой стала вся деревня. 

В жалкие полчаса он полностью разобрался с поселением высших эльфов, в живых осталась только та самая крестьянка, пленившая Всеслава своей красотой и очаровательностью. Изучив за проведенное с Орденом время эльфийский язык, вампир изъяснился своей любимой в переполнявших его чувствах, пока потрясенная гибелью всего своего маленького мира девушка стояла в оцепенении. Разумеется, она не оказала никакого сопротивления, когда Всеслав оттащил ее с пепелища деревни в свое укромное убежище. Слабо реагировала она и на его пылкие признания, душещипательные истории и все подвиги во имя Любви, в которых Всеслав распинался. В какой-то момент вампир понял "щепитильность" положения и честно предложил все еще шокированной Анариэль покинуть его... Вряд ли в тот момент Всеслав вспомнил положение эльфийских законов, по которому потерявшая общину крестьянка переходила в собственность касты воинов и помещалась в специальные столичные учреждения. Но вот Анариэль хорошо помнила уроки своей давно умершей матушки и, уже следующей ночью, дала свое согласие сопровождать Всеслава в его долгом... Вечном путешествии. 

Захват Венделии

Именно вдвоем - Всеслав и Анариэль - начали свой путь в Вольные города, передвигаясь только по ночам. Обычно путники старались избегать путешествий по трактам Запада темными ночами, когда бандиты и монстры властвуют безраздельно.. Но самым сильным монстром в окрестностях был сам Всеслав, так что до Венделии Анариэль добралась целой и здоровой. 

<....>

Правители Венделии и Ближний круг


Великие нашествия 

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.