ФЭНДОМ


Наш девиз — победа или смерть. (Хосе Энрике Варела)
Ошибочно утверждают, что красные — трусы. Нет, они стойко сражаются, упорно отстаивают каждую пядь земли, мужественно умирают. Ведь они родились на священной земле, которая закаляет сердца. Они — испанцы, следовательно, они отважны. (Хуан Ягуэ)
Если позволить фашистам продолжать преступления, которые они совершают в Испании, агрессивный фашизм обрушится и на другие народы Европы. Нам нужна помощь, нужны самолёты и пушки для нашей борьбы... Испанский народ предпочитает умереть стоя, чем жить на коленях. (Долорес Ибаррури)

Гражданская война в Испании (исп. Guerra Civil Española) — вооружённый конфликт между Второй Испанской республикой в лице правительства испанского Республиканского фронта (республиканцы) и оппозиционной ей военно-националистической диктатурой (националисты), поддержанной фашистской Италией и Португалией.

Войне предшествовало падение испанской монархии и провозглашение Второй Испанской республики, которая с первых же месяцев своего существования столкнулась с яростной борьбой враждебных политических сил и последствиями мирового экономического кризиса. Вскоре после победы Республиканского фронта, объединившего леволиберальные и социалистические партии, часть высшего генералитета Испании при поддержке монархистов и фалангистов подняла мятеж, переросший в гражданскую войну.

Гражданская война завершилась победой националистов и долгожданной реставрацией «карлистской» линии династии Бурбонов на испанском троне. Война стала одним из самых кровавых военных конфликтов на территории Испании, унеся жизни около 450 тысяч человек, и нанесла стране огромный материальный ущерб.

Предыстория конфликта

Падение монархии

Испания вошла в XX век, будучи застойной полуфеодальной страной с отсталой экономикой и сильной межнациональной, межклассовой и, как следствие, идеологической враждой. Основная масса населения жила за гранью бедности; крестьяне страдали от малоземелья и гнёта землевладельцев, рабочие — от неурегулированности трудовых отношений. Национальные меньшинства (баски, каталонцы, галисийцы), составлявшие более четверти населения Испании, выступали против централизаторской внутренней политики Мадрида и требовали автономии. Всё это вело к росту революционного движения и популярности левых радикалов — социалистов и анархистов.

На особом положении в государстве находилась армия, представлявшая собой фактически государство в государстве. Однако консерватизм её руководства мешал её развитию: испанские войска обучались по устаревшим стандартам и воевали устаревшим оружием, что особенно сказалось в испано-американской войне и Рифской войне с Марокко. Последняя война привела и к тому, что фронтовые офицеры («африканисты») начали ощущать себя особой кастой и мечтать о приходе к власти в стране. Немалыми льготами и привилегиями в стране также пользовалась Римско-католическая церковь.

Правительство Альфонсо

Альфонсо XIII с правительством Примо де Риверы

Королевское правительство не предпринимало практически никаких мер для разрешения назревших в обществе проблем, а любые попытки протеста против режима жестоко подавлялись войсками и гражданской гвардией. В 1923 году при попустительстве короля у власти была установлена военная диктатура генерала Мигеля Примо де Риверы. Примо де Ривера попытался провести модернизацию в Испании, опираясь на опыт итальянских фашистов. Поощряя отечественных предпринимателей, он добился некоторых социально-экономических успехов, однако их свёл на нет начавшийся мировой экономический кризис; более того, из-за сотрудничества с диктатурой король Альфонсо XIII растерял остатки популярности.

Начало Великой депрессии окончательно поставило крест на надеждах королевского двора и правительства сохранить стабильность в стране. На фоне роста общественного недовольства Ривера в 1930 году подал в отставку, уехал в Париж и вскоре скончался. Вслед за этим в стране началась революция: сторонники республиканцев вышли на улицы Мадрида, Барселоны и других городов Испании. Не в силах справиться с протестующими, 14 апреля 1931 года Альфонсо XIII вместе с семьёй выехал из Мадрида и навсегда покинул Испанию. Испания была провозглашена республикой.

Вторая республика

28 июня 1931 года состоялись выборы в Учредительные кортесы, на которых победили социалисты и левые либералы, принявшие 9 декабря 1931 года новую испанскую конституцию. Испания провозглашалась «демократической республикой трудящихся всех классов». Закреплялось равенство всех перед законом, отменялись всевозможные аристократические титулы и звания, граждане наделялись необычайно широким объёмом прав и свобод (на труд, образование, социальную помощь, участие в политике и т. д.); также по инициативе социалистов была предусмотрена возможность отчуждения собственности (за вознаграждение) и её обобществление. Каталония приобретала статус автономии, обсуждалась возможность предоставления самоуправления и Стране Басков.

Аллегория Испанской республики

Аллегория Второй Испанской республики

Либерально-социалистическое правительство Мануэля Асаньи, сформированное в июле того же года, приступило к социальным реформам: были введены минимальная оплата труда, арбитражные суды по производственным конфликтам, восьмичасовой рабочий день, обязательная оплата сверхурочной работы, страхование от несчастных случаев и пособие по беременности. Новые власти также начали наступление на элиты королевской Испании — духовенство, помещиков, офицерство. Так, у помещиков отчуждались излишки земель, были значительно сокращены вооружённые силы, Церковь была отделена от государства, ей было запрещено участвовать в образовании, проводить службы в армии, был ликвидирован конкордат с Ватиканом, запрещён Орден Иезуитов, легализованы разводы и гражданские браки и т. д. Кое-где дело даже доходило до поджогов церквей и убийств священников.

Реформы правительства Асаньи не дали ожидаемого результата и натолкнулись на сопротивление со стороны промышленников и землевладельцев. Введение прогрессивного рабочего законодательства привело к череде увольнений и локаутов, аграрная реформа тормозилась конфликтом интересов помещиков и крестьян. На фоне этого резко начало расти влияние ультралевых сил, таких как коммунисты и анархо-синдикалисты. В свою очередь, начала подъём и правая оппозиция режиму — правые католики, консервативные военные, монархисты (альфонсисты и карлисты) и национал-синдикалисты. 10 августа 1932 года военные во главе с Хосе Санхурхо подняли путч (известный также как «санхурхада») против правительства Асаньи, который также поддержали карлисты. Добившись поначалу успеха в Севилье, мятежники потерпели неудачу в Мадриде и не были поддержаны в других регионах страны. Поняв, что восстание потерпело поражение, генерал Санхурхо бежал в Португалию, под защиту диктатора Антониу Салазара.

Мятеж Санхурхо привёл к новому политическому кризису и конфликту между умеренными и левыми республиканцами: так, президент Алькала Самора раскритиковал Асанью в связи с его антицерковной политикой и ушёл в отставку. Военный мятеж также заставил консолидироваться умеренных и радикальных левых, напуганных перспективой падения республики. На октябрь 1932 года были назначены очередные выборы в кортесы. Крупнейшим из предвыборных блоков был Республиканский фронт, объединивший левых либералов, социалистов и правое крыло испанской компартии во главе с Хосе Диасом и Долорес Ибаррури. Левые коммунисты Андреу Нина, анархисты и регионалисты хоть и не вошли в Республиканский фронт, но поддержали его на выборах. Правые силы сформировали Испанскую конфедерацию независимых правых, в которую вошли правокатолическое Народное действие, монархисты-альфонсисты и даже часть консервативных республиканцев. Поддержку ИКНП оказали национал-синдикалисты, объединившиеся в Испанскую фалангу, а также карлисты. На улицах начались активные столкновения между боевиками ультралевых и ультраправых партий.

Победа Асаньи

Выступление Мануэля Асаньи после победы на выборах

По итогам выборов победу одержал Республиканский фронт, опередив ИКНП лишь на сотню тысяч голосов. Президентом Испании стал Мануэль Асанья, премьером — его ближайший сторонник Сантьяго Касарес Кирога. Правые попытались объявить выборы недействительными, однако потерпели неудачу из-за нерешительной поддержки центристов, которые хоть и были не в восторге от прихода левых к власти, однако опасались, что этот шаг приведёт страну к гражданской войне. После победы Республиканского фронта в испанских городах происходили беспорядки, столкновения между сторонниками и противниками Республиканского фронта, покушения. Даже в армии были созданы верный правительству Республиканский антифашистский военный союз и оппозиционный Испанский военный союз.

Видя, что правительство неспособно остановить охвативший республику хаос и что популярность коммунистов и анархистов в народе только растёт, военные решили взять власть в свои руки с целью установления диктатуры и избавления Испании от «красной угрозы». Они начали готовить переворот вскоре после победы Республиканского фронта. Формально во главе заговора стоял проживавший в Португалии Санхурхо, но главным организатором стал сосланный Народным фронтом за неблагонадёжность в отдалённую провинцию Наварра генерал Эмилио Мола. Ему удалось за короткое время скоординировать действия значительной части офицерства, испанских монархистов (как карлистов, так и альфонсистов), фалангистов и прочих противников правительства. Заговорщики получили согласие на участие в мятеже со стороны большинства испанских высокопоставленных офицеров, имевших боевой опыт и награды; исключением стали испанские ВВС, где традиционно сильны были либеральные и социалистические идеи. Генералам-заговорщикам удалось добиться и финансовой поддержки многих крупных испанских промышленников и землевладельцев, вроде Хуана Марча и Луки де Тены, понёсших колоссальные убытки после победы Республиканского фронта. Также моральную и материальную поддержку правым силам оказывала церковь.

По плану Молы правые силы должны были синхронно восстать при руководящей роли войск, взять под контроль крупнейшие города и свергнуть республиканские власти; сначала должны были восстать войска в Испанском Марокко, а затем и в континентальной Испании. Главной ударной силой восстания должна была стать Африканская армия под руководством Франсиско Франко. Эту идею поддержали многие представители испанского генералитета. 3 марта Мола рассылает документ с планом будущего восстания, а позднее назначает и дату — 15 марта в 15:00.

Ход войны

Кампания 1933 года

Путч 15—16 марта

Пятнадцатого в пятнадцать. Директор. (Эмилио Мола)
Регуларес

Испанские бойцы-регуларес

Мятеж против республиканского правительства начался 14 марта 1933 года в Испанском Марокко, раньше указанного Молой срока — на сторону мятежа перешли марокканцы из числа элитных частей «регуларес», находившихся под командованием Франсиско Франко, а также Иностранный легион, набранный из искателей приключений и преступников. Под контроль мятежников быстро перешли и другие испанские колонии: Канарские острова, Испанская Сахара и Испанская Гвинея. Мятежниками из Марокко была передан условная фраза «Над всей Испанией безоблачное небо»: то был сигнал к бунту уже в самой метрополии.

Правительство республики в Мадриде изначально не придало серьёзного значения мятежу: так, правительственная радиосводка от 16 марта уверяла, что если в «некоторых районах Марокко отмечено повстанческое движение», то «на полуострове к сумасшедшему заговору никто не присоединился» и «сил правительства хватит для его скорого подавления». Более того, премьер-министр Касарес Кирога под угрозой расстрела запретил губернаторам и муниципальным властям выдавать оружие гражданским сторонникам Республиканского фронта. Но вскоре мятеж перекинулся уже на метрополию: днём 16 марта генерал Гонсало Кейпо де Льяно, имевший репутацию последовательного либерала и республиканца, неожиданно захватил власть в Севилье. На улицах города начались ожесточённые сражения между мятежниками и республиканцами, которые продолжались больше недели; в итоге Кейпо де Льяно сумел подавить выступления сторонников республики и удержал Севилью в своих руках. Взятие Севильи и соседнего Кадиса позволило путчистам создать в провинции Андалусия надёжный плацдарм.

Однако кроме Севильи мятеж завершился успехом лишь в ещё двух крупных городах Испании — Овьедо и Сарагосе. Во многом этому способствовал фактор неожиданности, поскольку там мятеж возглавили генералы Мигель Кабанельяс и Антонио Аранда, которые подобно Кейпо де Льяно считались лояльными к республике. Но вскоре Овьедо был окружён войсками республиканцев, и мятежникам пришлось приложить немало усилий, чтобы деблокировать своих сторонников. В «кольце» или «полукольце» оказались путчисты и во многих других взятых ими под контроль городах: Толедо, Кордове, Гранаде, Теруэле, Уэске и т. д.

Бои в Барселоне

Сторонники Республиканского фронта во время обороны Барселоны

Неудачей закончился путч и в двух крупнейших городах Испании — Мадриде и Барселоне. Хотя в столице сразу после начала путча закипели уличные бои фалангистов и монархистов со сторонниками Республиканского фронта, генерал Хоакин Фанхуль, возглавлявший мятеж, не предпринимал никаких активных действий; в итоге сторонники республики одержали победу и взяли штурмом столичные казармы. Вскоре почти все офицеры-путчисты, в том числе Фанхуль, были преданы суду и расстреляны. Барселона же была оплотом сил Республиканского фронта — каталонских националистов, анархистов и коммунистов. 17 марта в ней высадились части генерала Годеда, днём ранее свергнувшего республиканские власти на Мальорке, взяв под контроль центр Барселоны и важнейшие учреждения города. Но анархисты вовремя захватили арсеналы и раздали оружие своим сторонникам, и спустя двое суток путч был подавлен, а Годед взят в плен и казнён.

Таим образом, на большей части территории Испании мятеж окончился провалом — республиканские власти удержали более 70 % территории страны. Несомненный успех путчисты одержали лишь в Галисии, Наварре и Старой Кастилии; также им удалось свергнуть республиканские власти на части территории Андалусии и Арагона. Правительство республики поддержала подавляющая часть испанского флота, почти полностью отказались принимать участие в путче и ВВС Испании, что затрудняло переброску войск из Марокко в метрополию. Вдобавок ко прочим неудачам путчистов, 19 марта погиб в авиакатастрофе формальный глава восстания Хосе Санхурхо, возвращавшийся из португальской эмиграции. Мятежные генералы сформировали Хунту национальной обороны под председательством Мигеля Кабанельяса, однако на деле между ними, как и прочими поддержавшими путч силами — монархистами, фалангистами и умеренно-правыми — шла грызня за передел власти.

Начало ГВ - карта

Регионы Испании, поддержавшие республику (выделены розовым) и поддержавшие путч (выделены жёлтым)

Себя восставшие провозгласили «национальными силами», или националистами; при этом конкретной политической программы лидеры националистов не предложили, ограничившись лозунгами восстановления стабильности, защиты религии и борьбы с «красными». В первые дни войны националисты старательно избегали разговоров о будущей форме правления и практиковали обращения к народу через радио и печать, выдержанные в умеренном либерально-республиканском духе; эта политическая аморфность также не играла им на руку. Скорое поражение националистов казалось большинству современников неизбежным.

Однако, несмотря на все неуспехи националистов, у республиканцев дела тоже шли далеко не лучшим образом. Для властей в Мадриде мятеж стал настоящей неожиданностью: на сторону мятежа перешло 80 % кадрового состава регулярной армии, из-за чего у республиканского правительства практически не осталось полноценных вооружённых сил. С запозданием правительство объявило о раздаче оружия сторонникам Республиканского фронта; тем не менее, иррегулярные формирования республиканцев, вошедшие наряду с сохранившими верность республике военными в состав созданной сразу после путча Республиканской милиции, не отличались ни дисциплиной, ни субординацией, ни единством. Мадридское правительство также вовсю лихорадило — за несколько суток сменилось три премьера, причём один из них безуспешно пытался договориться с Молой, вызвав гнев сторонников Республиканского фронта. Наконец, в рядах республиканцев единства было ещё меньше, нежели у националистов: по сути, их не объединяло ничего, кроме ненависти к своим противникам, в остальном же видение будущего Испании у республиканцев кардинально различалось.

Начало войны

В первые же дни войны республиканское правительство столкнулось со множеством трудностей. Вооружённые силы находились в полнейшем разладе, перестал функционировать государственный аппарат, правительство Хосе Хираля превратилось в номинальный орган власти. Усилился накал политического насилия со стороны крайне левых: начались массовые убийства священников, землевладельцев и промышленников, а также лиц, связанных с правыми группировками. Так, в Мадриде был расстрелян один из лидеров ИКНП Хосе Кальво-Сотело, чудом избежала ареста и казни верхушка Фаланги во главе с Хосе Антонио Примо де Риверой, буквально за сутки до начала путча покинувшая столицу. Анархисты, левые социалисты и коммунисты выступали против самой идеи воссоздания регулярной армии и стабильного государственного аппарата, и требовали продолжения радикальных социалистических преобразований, а то и немедленного перехода к коммунизму или анархизму.

ФАИшники

Бойцы республиканской милиции в Барселоне

Многие районы Арагона, Каталонии и Андалусии быстро перешли под контроль комитетов Федерации анархистов Иберии; наиболее сильным влияние анархистов было в Каталонии, где они де-факто отстранили от власти законное автономное правительство (Женералитет) Луиса Компаниса, присвоив его полномочия своему Центральному комитету антифашистской милиции. При поддержке населения анархо-синдикалисты проводили на подконтрольных территориях эксперименты по построению «либертарного коммунизма», вводя новую «экономику дара», которая довольно успешно работала в Арагоне. К анархистам зачастую примыкали обычные уголовники, занимавшиеся рэкетом, контрабандой и заказными убийствами, а порой даже агентура националистов. В стороне держалась Страна Басков, где власть принадлежала правой Баскской националистической партии, не входившей в Республиканский фронт и поддержавшей республику лишь потому, что та незадолго до начала путча предоставила региону автономию. Вместе с тем баскское правительство Хосе Антонио Агирре поддерживало образцовый порядок на своей территории и с переменным успехом вело борьбу против путчистов.

Между тем испанский конфликт постепенно становился предметом международной повестки: большинство европейских государств относилось к Испанской республике крайне настороженно, видя в ней, в условиях подъёма левого движения по всему миру, потенциальный источник распространения различных революционных идей. Единственной страной, оказавшей хоть какую-то поддержку Испании, была Франция — леволиберально-социалистический кабинет Эдуара Даладье публично осудил путч и выразил надежду на его скорейшее подавление, а сочувствовавший испанским республиканцам министр авиации Пьер Кот даже направил в Мадрид небольшую партию устаревших самолётов без оружия. Однако 23 марта, под давлением Великобритании, Париж неожиданно объявил о «невмешательстве в испанские дела», а 6 апреля ввёл эмбарго на ввоз оружия в Испанию.

Антиитальянский плакат

Республиканский плакат, посвящённый вмешательству фашистской Италии в войну

В то же время с самых первых первых дней мятежа масштабную поддержку восставшим (деньгами, оружием, добровольцами и т. д.) начала оказывать Португалия, находившаяся под властью Антониу Салазара, открыто сочувствовавшего путчу. Вслед за Салазаром помощь националистам решил оказать и дуче Италии Бенито Муссолини: в конце марта в Испанию были доставлены итальянские бомбардировщики SM-70, а затем и танкетки CV29. Благодаря итальянской помощи Гибралтарский пролив был полностью очищен от республиканского флота, что позволило националистам беспрепятственно перебрасывать войска из Марокко. Ещё одной страной, оказавшей активную поддержку националистам, стала Мексика, где правил режим католических фундаменталистов; президент Мексики Хорхе Прието Лауренс открыто заявил:
Нам нечего скрывать нашу помощь испанским националистам, мы будем продолжать снабжать оружием тех, кто сражается за Бога и порядок.

Также националистов поддержали Германия, где недавно к власти пришли национал-революционеры Эрнста Юнгера, идейно близкие фалангистам, и императорская Россия. Впрочем, эта поддержка изначально носила чисто декларативный характер — Юнгер был больше занят внутригерманскими делами, а российское правительство и так активно боролось со своими революционерами и сепаратистами, и на испанскую авантюру ему попросту не хватало ни людей, ни средств.

Молитва перед боем

Бойцы «рекете» на богослужении перед боем

Новоприбывшие в Испанию части составили Африканскую армию националистов под руководством Франко. Уже в течение первых пяти дней «африканцы», не встречая серьёзного сопротивления, прошли около 300 км по бывшей республиканской провинции Эстремадура на соединение с Северной армией Молы. 13 апреля пал последний оплот республиканцев в Эстремадуре — город Бадахос; разозлённые упорством его защитников националисты под руководством полковника-фалангиста (вскоре — генерала) Хуана Ягуэ устроили после его взятия жесточайшую резню горожан. 21 апреля Ягуэ стремительным броском вышел к городу Талавера-де-ла-Рейна, оказавшись в полутора сотнях километров от Мадрида. Вслед за ним другой видный деятель националистов, генерал Хосе Энрике Варела, придерживавшийся карлистских взглядов и командовавший военизированными отрядами карлистов, «рекете», уничтожил под Кордовой десятитысячную группировку генерала-республиканца Миахи. Вскоре войска Молы и Франко окончательно соединились. На северном фронте националисты после упорных боёв к середине сентября овладели баскской провинцией Гипускоа.

После сдачи Талаверы-де-ла-Рейны 2 мая в республике поднялась война негодования, которую вовсю разжигали ультралевые силы. Правительство Хираля было вынуждено уйти в отставку, новым премьер-министром президент Асанья назначил лидера левого крыла ИСРП Франсиско Ларго Кабальеро. Новый премьер сформировал новый «кабинет победы» из 6 социалистов, 4 либералов, 2 коммунистов, баска и каталонца и пообещал своим сторонникам расправиться с путчистами в ближайшие два месяца. 14 июня Кабальеро объявил о создании регулярной Народно-республиканской армии; для контроля со стороны государства в ней был введён институт «правительственных делегатов». Многие неудачно проявивших себя в первые недели войны командующие отправились в отставку, были предприняты меры по восстановлению госаппарата и наведению порядка в тылу. Также правительство провело радикальную земельную реформу — вся земля конфисковывалась у помещиков и передавалась крестьянам без каких-либо компенсаций. После долгих споров Кабальеро с коммунистами разрешил формирование в армии интернациональных бригад — независимых соединений частей из зарубежных добровольцев (как правило, членов коммунистических или социалистических партий различных стран, а также анархистов) с собственным командованием.

Тем временем националисты продолжали свой победоносный поход на Мадрид. В конце мая Африканской армии, правда, пришлось повернуть часть сил на юг, чтобы выручить сподвижников, осаждённых в Толедо — небольшая группа военных, фалангистов и монархистов с семьями под руководством полковника Хосе Москардо Итуарте с начала войны героически держала осаду в старинном толедском алькасаре. 25 мая группировка «африканцев» Ягуэ быстро и жестоко разбила республиканские войска и освободила осаждённых.

Довольный Франко

Франсиско Франко после избрания главой хунты

26 мая на совещании генералитета националистов подавляющим большинством голосов был избран новый руководитель националистического движения — Франсиско Франко. В его пользу сыграли отсутствие явных политических пристрастий (он не был ни монархистом, ни фалангистом, ни республиканцем), несомненный полководческий и управленческий талант. Франко был присвоен чин генералиссимуса и титул каудильо. 30 мая Франко объявил о создании собственного правительства — Государственно-исполнительной хунты в кастильском городе Бургос. Войска националистов были разделены на более слабую Южную армию Кейпо де Льяно, которой предстояло сражаться с республиканцами в Андалусии, и более сильную Северную армию Молы, которая должна была в ближайшее время взять Мадрид.

Таким образом, начало войны стало периодом стало для Испанской республики неудачным, если не сказать катастрофическим. Используя такие преимущества, как внутреннюю дисциплину, скоординированность действий и активную поддержку государств с фашистскими и околофашистскими режимами, националисты сумели одержать ряд значимых побед, захватить почти половину территории Испании и начать подготовку к наступлению на столицу страны, битва за которую должна была решить судьбу молодой республики.

Итоги и последствия

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.